Добрых два года минули с момента выхода «Милой Фрэнсис» на большие экраны, и дуэт Баумбак-Гервиг удивляет снова, на этот раз - «Госпожой Америкой». На глобальные перемены в заголовках не стоит обращать внимания: декорации все те же - Нью-Йорк / наше время, а на смену темам о затянувшейся юности пришла притча о самом что ни на есть своевременном взрослении.
Студентка-первокурсница филологического отделения Трэйси Фишко (Лола Керк) переходит через кризис юности: Нью-Йорка, каким она себе его представляла до переезда из окраин Нью-Джерси, не существует. Тоска по лучшей жизни периодически перемежается с желанием попасть в университетский литературоведческий кружок Мебиуса, такой же недостижимый. Авантюристкое начало берет вверх, когда Трейси по совету матери решает сблизиться с потенциальной сводной сестрой, прожившей на 67% больше жизни, Брук (Гретой Гервиг).
Баумбак в новой картине придерживается все той же формулы: героиня Гервиг, спонтанно наделенная хамством и прокрастинацией, словно перебралась сюда с раскадровок своего прошлого дебюта. Брук - антипод оседлости: крыши у нее ни над головой, ни на плечах, а мечты о лучшей жизни разыгрываются скорее на словах, чем на деле. Поздними вечерами девушка рисует в голове образ Госпожи Америки - госработницы днем и супергероини ночью. Брук собирается открыть ресторан, но проблемы на личном фронте заставят ее искать нового инвестора.
Трэйси записывает каждый шаг своей новой подруги, с неподдельной честностью мемуариста: очаровательной Керк предоставили карт-бланш в исполнении роли единственного вменяемого человека в американском театре абсурда. Стоит отметить, что кризис девушка преодолеет, а зритель, вопреки надеждам на что-то иное, заслуженно получит свой хэппиэнд.
Несомненно, Баумбак снял очередное звено в своей вудиалленовской эпопеи, изрядно разбавив то самоиронией и приправив огромным количеством осовремененных идей. Для сцепки сценарных переходов режиссер использует мужчину-гадалку и ревнивых подружек, а гротеск ситуации вырисовывается буквально в каждой сцене. Хотели бы мы того или нет, но сто лет спустя Америку открыли свои Ильф и Петров.
